Пейзаж 1888 года вышел мастерски глубоким и детализированным. «Заросший пруд» мы видим в серебристых, оливковых и болотных тонах. Живописец намеренно отказался от ярких цветов и резких переходов.
Палитра родственных тонов успокаивает, завораживает и даже усыпляет. Пруд показан будто замершим: его безупречно зеркальную гладь не тронула ни малейшая рябь. Листья буроватых кувшинок устлали островками все водное пространство. На берегу растут пышные деревья ольхи, слегка покрашенные осенней желтизной.