"Перед танцами", 1961

Сюжет картины перед танцами отличен от сюжета «Свежего ветра», но также запечатлел одно неповторимое мгновение жизни: вечер, вдоль деревянных стен сельского клуба протянулся ряд лав, на них сидят пять молодых женщин, в углу стоит девочка 10-12 лет. Слева виднеется приоткрытое окно, а за ним толпа мужчин, под окном ожидает своей очереди баян, Фигуры женщин неподвижны, но в них чувствуется затаенное движение, ожидание – еще минута и начнутся танцы, комнатка заполнится подвижными парами, зазвучит музыка, затрепещет красный платок, что сейчас брошен на скамье. Особое значение уделено деталям: любовно выписаны незатейливые платья и косынки на девушках и женщинах, их лица, и даже маленькие букеты в руках девочки и на пустом стуле.

Ясность сюжетного рассказа, внимание к индивидуальным характеристикам персонажей, проработка деталей, несущих смысловое значение,— вот отличительная особенность этого любимого многими поклонниками произведения.

Картина также написана маслом. Ее размер 160 на 290 см, ориентация – горизонтальная. Однако техника написания очень отличается от импрессионистической пастозности Гаврилова. Мазков не видно, колористка насыщенная, но с преобладанием темных тонов. В этом просматриваются характерные черты русской реалистической школы, тяготеющей к бытовому жанру.[7]

Бытовой жанр был довольно популярен в русской живописи XIX века, он наследовал многие особенности классицизма – интерес к портрету, как главному жанру, сложную композицию, отказ от новаторства в ракурсах и самом рисунке. Понятие «бытовой жанр» в советский период наполнилось новым содержанием. Социалистический характер действительности расширил прежние рамки быта. Личное стало неразрывно связано с общественным. Художники передают новые явления действительности, новые взаимоотношения между людьми, новый быт. Действие в большинстве картин этого времени выносится из интерьера на улицу, на стройку, на завод, в поле или в данном случае в сельский клуб.

Большой вклад в развитие послевоенной живописи внесли художники, работающие над произведениями бытового жанра.

4. Произведение «Перед танцами» как образец советской портретной живописи

Больших успехов достигает портретная живопись именно в послевоенные десятилетия. Наряду с типом героического портрета, развивается жанрово-лирический, интимный, а также групповой портрет. В лучших произведениях художники дают глубокую и разностороннюю характеристику советского человека. По сравнению с довоенным временем портретные образы становятся более индивидуализированными, более психологически содержательными. Об этом свидетельствуют и образы с картины Кугача «Перед танцами».

Советский бытовой жанр в живописи делал акцент на деревенской, колхозной жизни, был нарочито идиллическим и веселым.

Работа Юрия Петровича в этом плане выгодно отличается от всех остальных произведений. Хотя в ней нет импрессионистической яркости, свободы написания, акцентуации на световых пятнах и воздушном пространстве, она вышла очень поэтичной и романтической. «Главное, – это поэтика, - говорит сам автор. – В этом суть моей работы. Настоящий художник пишет не то, что видит. Он пишет то, что хочет видеть. Те, которые хотят видеть грязь, видят грязь. Во все времена некоторые люди хотят видеть только плохое, а некоторые – хорошее».

Художнику удалось изобразить нежную задумчивость молодости, ту скромность и чистоту русской женщины, что воспел Гаврилов. Черты каждой девушки и женщины индивидуальны, неповторимы: у первой, слева, на смуглом лице застыла легкая улыбка, у двух других – заинтересованность, четвертая женщина, смущенно потупилась в пол, а лицо пятой, мы можем видеть лишь вполоборота. Девочка же внимательно смотрит с картины на зрителя, словно в объектив фотоаппарата. И впрямь произведение Кугача, как фотокадр, запечатлело одно ускользающее мгновение из многих, как запечатлел его и Гаврилов на картине «Свежий день». Нет грубости деревенской жизни, во всем полотне сквозит сдержанность, врожденная интеллигентность этих простых людей. Здесь, как и в других работах, художник выражает свое восхищение чистой и бесхитростной жизнью его героев, богатством их внутреннего мира, скромной красотой российской глубинки.

Вся композиция статична, но в ней тоже ощущается динамичность, присутствие временного ритма: женщины и все предметы застыли на минуту, а вскоре понесутся в вихре радостного танца. Пространство ограничено стенами здания, но расширяется за счет изображения темного проема открытого окна. Применяется не воздушная, а прямая линейная перспектива, в сочетании с перспективой тональной. Тональная перспектива характеризуется исчезновением четкости и ясности очертаний предметов по мере их удаления от глаз наблюдателя. При этом дальний план, в данном случае вид из оконного проема, характеризуется уменьшением насыщенности цвета (цвет теряет свою яркость, контрасты светотени смягчаются), таким образом - глубина кажется более темной, размытой.[8]

Пространство решается двумя перспективами - линейной и светотенью, а ритмически. Ведь движение в живописи доступно лишь как иллюзия. Ритмом создается подлинное видение движения.

Через ритм проблема пространства и времени получает единое выражение как отношение частей изобразительной формы. Отдельная изобразительная деталь композиции становится лишь некой «переменной», функционально зависимой от иных частей композиции. Именно таково понятие интервалов в музыке, как отношений между высотой звуков. Застывшие в ожидании девушки через какое-то время придут в движении, забеспокоятся, бросят тревожные взгляды на музыканта, на партнеров по танцу и пустятся в пляс, именно так мы ощущаем ритм и время в картине «Перед танами». Их фигурам в ожидании, скрытой динамике, подчинена вся композиция.

Ближние предметы заслоняют дальние. И заслоняют не просто фигурами, но и своими значениями. Главный вес сосредоточен в образах женщин и девушек. Глубина пространства «прорисована» за счет плоскости пола, - низ приобретает главное, миротворящее значение в картине. Но низкий потолок и стены маленького пространства не «давят» на фигуры, скорее наоборот создают уют, интимность, свойственную бытовому жанру.

Среди выразительных средств особо следует отметить линию, свет и светотень. В отличие от Гаврилова, что намечал изображение сочными бликами, мазками и световыми пятнами, Кугач четко обозначил линии, сделал незаметными штрихи и наложил тени, придав фотографичности своей работе «Перед танцами». Отражаемый предметами свет в тени понижен равномерно, и соотношение между цветами предметов в тени не изменяется, происходит лишь общее понижение яркости цвета. Формам придается реалистический объем. Линия же в живописи практически не заметна, она выражается в формах и цветах.

Свет картины рассеянный, он создает впечатление мягкости, живописности, что импонирует художнику.

Тональность картины, не колористическая, как у Гаврилова, а светотеневая. Для этого группового портрета характерен спокойный колорит с преобладанием теплых затемненных цветов: желтого, красного, бордового. Именно благодаря теплым насыщенным цветам и особым впечатлениям работ некоторые зарубежные теоретики искусства приравнивают Юрия Кугача к импрессионистам. Колористическое единство всех элементов достигается с помощью цветовых контрастов или нюансов.

Обостренное чувство формы и цвета позволяют художнику создать эмоционально напряженный образ человека, изображенного в минуту ожидания и отдыха.

Главная идея плотна также гуманистическая и жизнеутверждающая, но эмоциональность картины более лирична, сдержанна. Это не гимн, а скорее элегия силе молодости, нежная песня о зарождении трепетных и нежных чувств. Здесь нет световоздушной перспективы, но есть затаенная динамика, зарождение свободы, что выразиться скоро в легком деревенском танце.





Реклама / Спонсор публикации:
Масляная живопись для взрослых ( Художественная школа "Дом художников")

Изготовим копию этой картины - любого размера и в срок.
We will make a copy of this painting - of any size and on time.


Подпишитесь на наш Telegram канал:
Новые статьи, арт-новости

Изготовим копию этой картины - любого размера и в срок.